18:56 

Опять флорентийское, одно уж к одному

FleetinG_
Как весело кататься на санках, которые мчатся впереди тебя! (с)
Le Mistigris тут навел на материал про флорентийскую любофф и ее законодательное регулирование. Познавательно :-D

В результате такой системы порой можно было получить такую картину: арестовали мальчика, он назвал пять имен (более 80% подростков имели отношения более чем с одним партнером), но арестовать никого не успели - услышав об аресте их приятеля, все пятеро явились сами, чтобы покаяться и получить иммунитет; а заодно пришли еще трое, кого мальчик забыл или не захотел назвать... (...) Многие содомиты пользовались лазейкой в законе и регулярно приходили сознаваться. При этой они получали иммунитет и заодно неплохо зарабатывали - им ведь полагалась четверть штрафов со всех, кого они оговорили (и гарантировалась анонимность, как и всем доносителям)! Один ушлый содомит поступал так полтора десятка раз, пока не нарвался на подеста, который впаял ему три года изгнания.

Даже подеста, специально приглашаемый судья из другого города, не рисковал пользоваться своей властью без особой нужды, ибо никогда нельзя было точно предсказать, кто явится мстить даже за бедного человека. А потому судьи могли избегать карать людей за преступление, если оно происходило по взаимному согласию и никому не причиняло вреда. Ну а церковный гнев... кого он волнует?

А я, собственно, почему на этом останавливаюсь - у меня этот пост так аккуратненько зацепился за биографию Макиавелли авторства Никколо Каппони, которую мне тут недавно выпустили... зацепился он вот этим пассажем

Чтобы закончить о художниках - автор книги нарочно избегает модного анализа сексуальной жизни выдающихся людей, полагая более интересным исследование жизни широких масс. О них же не упоминается совсем, за единственным исключением Никколо Макиавелли. Но и его автор привлекает не для того, чтобы обсудить его сексуальную жизнь (Макьявелли тоже бывал под судом по обвинению в содомии), а чтобы процитировать отрывки из его многочисленных и весьма интересных писем, посвященных размышлениям, советам друзьям-содомитам, или анекдотам о приключения других друзей-содомитов.

Ну правильно, теоретик теоретических теорий, всеобщий советник и при том notorious womanizer, что абсолютно не мешает трепу по теме :) Автор поста, жаль, не цитирует, а из биографии немножко приведу...


Не стоит забывать, что в кругу друзей Макиавелли славился умением рассказывать забавные истории, зачастую с сексуальным подтекстом. В одном из писем Франческо Веттори он изобразит злоключения Джулиано Бранкаччи: он связался с юношей, который оказывал интимные услуги, и узнав, что тот родом из знатной семьи, попытался выдать себя за Филиппо Касавеччиа, приятеля Никколо. Макиавелли также добавил, что Касавеччиа ловко разоблачил обманщика, что «в эту Масленицу» рассмешило многих во Флоренции, а вопрос «вы Бранкаччи или Касавеччиа?» стал расхожей шуткой.
Некоторые выражения в письме породили гипотезу о том, что автор и адресат – одно и то же лицо. Никколо написал, что Бранкаччи «хотел скрыться в чаще» (vago di andare alla Macchia), а Il Macchia – это прозвище Макиавелли. Другие ссылки в переписке Никколо могли означать, что он был подвержен «флорентийскому пороку», как называли тогда содомию. Франческо Веттори не раз намекал на то, что однажды подвергся домогательствам одного из своих учителей, предположив, что Макиавелли сам испытывал подобное, и с того момента в интимных делах не знал удержу:
«Некий отец утверждает, что растит своего сына в целомудрии, однако начинает с того, что приставляет к сыну учителя, который проводит с чадом весь день и волен делать с ним, что пожелает, а также позволяет ему читать книги столь непристойные, что подняли бы и мертвеца. Мать заботится о сыне, и тот всегда опрятен, чист и потому привлекателен. Когда же юноша становится постарше, ему отводят целую комнату на первом этаже с отдельным входом и прочими удобствами, чтобы он мог поступать по собственному усмотрению, приглашать и приводить туда, кого захочет. Мы все так поступаем, но самую большую ошибку совершают люди добродетельные. Поэтому неудивительно, что наша молодежь являет признаки вырождения, ибо подобное поведение коренится лишь в наиболее дурном воспитании. Мы с тобой даже в почтенном возрасте остаемся, до некоторой степени, верны усвоенным в юности привычкам, и ничего мы не можем с этим поделать».
Хотя учителя действительно были печально известны тем, что совращали молодежь, но, возможно, дело заключалось еще и в том, что в городе, где незамужних девушек держали под замком, подростки нередко искали иной выход изнурявшей их сексуальной неудовлетворенности. Непредвиденная беременность могла запятнать честь семьи, пусть даже юная дама принадлежала к прислуге, а не к именитому роду… С другой стороны, проститутки были молодым людям не по карману, и они вполне могли практиковать «дружеский секс» как одну из форм товарищеских отношений. Судя по письмам Веттори, можно легко решить, что мужеложство было любимым занятием мужского населения Флоренции. К тому же в другом послании Веттори описывал случай в Риме, в котором оказались замешаны все те же Джулиано Бранкаччи и Филиппо Касавеччиа, только на этот раз один пытался соблазнить дочь одного из соседей Веттори, а другой – ее младшего брата.
И все же до сих пор неясно, в какой степени сам Макиавелли интересовался представителями мужского пола, если даже, работая секретарем Десятки, он (по крайней мере, согласно одному анонимному доносу) занимался анальным сексом с Кудряшкой. Притом что содомия являлась уголовно наказуемой, некоторые друзья Макиавелли (в частности, Донато даль Карно) занимались ею открыто. До сих пор среди флорентийцев сксуальные отклонения остаются поводом для шуток. Сам Никколо высмеивал эту привычку в письмах, а в пьесе «Мандрагора» один из женских персонажей сравнивает турецкий обычай сажать людей на кол с ночными забавами ее покойного мужа. Так, поигрывая словами, Макиавелли писал, что слишком подавлен, чтобы встречаться с La Riccia (Кудряшкой), и подумывал, не подвигнет ли его столь печальный настрой попытать счастья с Il Riccio («мальчиком по вызову»), однако этот каламбур не стоит воспринимать буквально – это всего лишь один из типичных примеров флорентийского юмора.
Чтобы избежать двусмысленности, Веттори начал процитированное выше письмо с того, что упомянул отрывок из Вергилия, в котором говорится о безумной любви пастуха Коридона к мальчику Алексису, намекая на то, что Никколо сам был сражен подобной страстью. Вопреки расхожему представлению о Макиавелли как о человеке равнодушном, холодном и циничном, тот же Веттори ясно сказал выше: «Я видел тебя влюбленного… и знал, какая неуемная страсть руководит тобой». Однако несколькими месяцами ранее Франческо отвечал на письмо Макиавелли, в котором Никколо описывал, как влюбился в девушку – согласно Роберто Ридольфи, овдовевшую сестру одного из его загородных соседей. Но Веттори, видимо, существенной разницы не видел: на заявление Макиавелли о том, что встречу с таким «созданием» устроила сама «Фортуна», он ответил, что чувства Никколо продиктованы праздностью и лишь одно средство можт его излечить – то самое, которое, несмотря на утверждения ученых и философов, ищут все мужчины, то есть «соитие». Отличие слов Fortuna (удача) и fottere (совокупляться) также свидетельствует о различном отношении этих двух мужчин и к женщинам, и к жизни в целом.


Но на самом деле все это семечки. Подлинный содомЪ и адЪ – это флорентийская госслужба. Они там все никак не могут определиться с количеством своих государственных учреждений, и с тем, кто из окружающих клочков земли им на данную минуту союзник, а кто противник. А чуть что, они туда засылают Макиавелли, после чего все три стороны до-олго развлекаются перепиской: «Вы нам кого прислали? Вы нам пришлите кого-нибудь _уполномоченного_!» «Вы им когда пришлете кого-нибудь уполномоченного? Нет, можно уполномочить и меня, но хоть сами-то определитесь с конкретными указаниями...» «Уполномоченного? А, да-да, щас-щас... вот еще чуть-чуть и сразу... а пока вы тут еще полавируйте...»
(Простите. Меня прет. Меня бессовестно прет. Италия, фрагментарная политическая культура, заря капитализма, родная квадра, тут вас обаяют, обчистят и обстебут).


Личные предпочтения определенным образом влияли на выбор политических союзников, но и сами союзники следовали правилу, общему для всех флорентийских кланов: никогда не собирать всех родственников под одни знамена. В мире, где выживание зависело не только от биологических факторов, каждый флорентиец считал крайне важным сохранить уверенность в том, что кто-то из семьи мог объединиться с вероятным победителем. (..) Немало молодежи из хороших семей открыто бросили вызов Савонароле, объединившись в группу под названием Compagnacci, то есть «дружки». Они не только вели распутный образ жизни, но и стали возмутителями спокойствия, в частности срывали религиозные процессии… Но что гораздо важнее, безнаказанность, которой они пользовались, свидетельствовала о новом повороте в городской политике, причем настолько важном, что даже ярый сторонник монаха Паоло Антонио Содерини (следуя давней флорентийской традиции загодя готовить пути к отступлению) заставил своего сына Томмазо вступить в ряды «дружков», «чтобы он был с ними в ладу, если дела пойдут плохо».

Теоретически Первая канцелярия Флорентийской республики ведала иностранными делами, а Вторая канцелярия – делами внутренними и городским ополчением. Но на практике подобное разграничение оказывалось весьма условным, и зачастую дела решал тот, у кого было больше шансов добиться успеха за счет связей, влияния и способностей… Избрав Макиавелли секретарем Десятки 14 июля 1498 года, скаредные флорентийцы одним выстрелом убили двух зайцев: Никколо занял новый пост, сохранив за собой прежний, в результате чего ни численность служащих, ни объем расходов не изменились. Очевидно, теперь Никколо оказался в подчинении десяти дополнительных начальников, но, поскольку члены Десятки сменялись каждые полгода, на деле львиная доля хлопот выпадала канцелярии. К тому же Большой Совет мог упразднить Десятку, как не раз бывало, и всю работу на местах возложить на Макиавелли и его подчиненных.
(Угу, «я буду за самое маленькое жалованье играть самые большие роли» (с) Вот будет у нас следующий раунд кадровых перешерудиций, надо будет подать идею. Хотя, похоже, в нашем заведении нет людей, настолько озабоченных престижем).
А еще там фирменный черный юмор :gigi:


В частности, известен один анекдотичный случай, в котором фигурирует каноник по имени Никколо ди Бернардо ди Никколо Макиавелли – внук нашего Никколо. Когда монах Санта-Кроче посетовал на то, что, дескать, некие люди сваливают покойников в фамильный склеп Макиавелли, Никколо с горькой усмешкой ответил: «Сие происходит с нашего дозволения, поскольку отец мой был большим охотником до разговоров, и чем больше народу соберется, тем ему приятней».

@темы: (Про)чтение

URL
Комментарии
2013-01-01 в 16:07 

tes3m
И все же до сих пор неясно, в какой степени сам Макиавелли интересовался представителями мужского пола, если даже, работая секретарем Десятки, он (по крайней мере, согласно одному анонимному доносу) занимался анальным сексом с Кудряшкой. Но как одно мешает другому?) Бенвенутто Челлини одна его любовница-натурщица обвинила в том же самом, но его подозревали и в однополой содомии. Байрона, по некоторым намекам, жена оставила из-за того же самого, а у него были и связи с юношами.
:-D Вспомнилась забавная история про художника Содому и Флоренцию: «По сообщению Вазари, как-то однажды, во время пребывания Джованни Антонио во Флоренции, его конь выиграл бега. В соответствии с правилами, имя владельца победителя нужно было громко выкрикивать при вручении приза. Джованни Антонио спросили, какое имя выкрикивать, он ответил: «Содома». Так и кричали. "Однако, услыхав столь грязное имя, некоторые добронравные старцы стали шуметь и говорить: «Что за свинство такое, что за срам оглашать наш город таким позорным именем?» — пишет Вазари» ( из Википедии)
Возможно, тебе будет интересна еще такая запись об этой же книге Роке.
tes3m.diary.ru/p61884833.htm
автор книги нарочно избегает модного анализа сексуальной жизни выдающихся людей, Мне не кажется, что тут дело в моде. Жизнь выдающихся людей интересовала людей (и выдающихся, и всех остальных)всегда, и этот ее аспект тоже. Не случайно же Диаген Лаэрций, рассказывая о философах, считал нужным сообщить не только об их философских взглядах, но и о юношах и гетерах, в которых они влюблялись.
Конечно, в 19 веке такие вещи считались неприличными, поэтому то, что в 20-м о них стали писать подробнее, могло по контрасту показаться модой. Я когда-то цитировала вот тут Кона: «В последние 15-20 лет маятник качнулся в противоположную сторону. Новые архивные данные и более тонкие методы исследования (семиотика и психоанализ) позволили историкам и литературоведам деконструировать множество биографий великих людей, обнаружив за многими вполне респектабельными и асексуальными дружескими отношениями не только гомоэротические чувства, но и реальные гомосексуальные связи». (Я сперва не хотела ссылаться на ту мою старую запись, т.к. там я писала под впечатлением от рассуждений людей, враждебно настроенных по отношению к упоминанию гомосексуальности выдающихся людей, и не хотела, чтобы тебе показалось, будто я сравниваю тебя с ними.)))) А о жизни простых людей мы и знаем меньше: их письма, дневники реже сохраняются, в воспоминаниях о них не пишут. Разве что в судебных делах их имена сохраняются.

2013-01-06 в 15:12 

FleetinG_
Как весело кататься на санках, которые мчатся впереди тебя! (с)
Но как одно мешает другому?) А никак - в контексте, может быть, скорее намек на то, что "помогает" т.к. навыками владеет :) Неясно, видимо, потому, что документальных источников нет.
Слова насчет моды, разумеется, я не выкидываю из приведенной цитаты, потому что не вижу возможности привести ее иначе. Мне бы, например, интересно было почитать и всю книгу, и если бы в ней было про выдающихся людей - только желательно в такой же степени по документальным источникам, а не на основании "деконструкции". Хотя иные доносы, вероятно, были гипотетичны еще как :) Но автора книги я понимаю, потому что если о знаменитостях и так (предположительно) много написано, то, если нет новых данных, зачем лить воду в полную бочку? Тем более что о жизни простых людей мы и знаем меньше.
Диаген Лаэрций, рассказывая о философах, считал нужным сообщить не только об их философских взглядах, но и о юношах и гетерах, в которых они влюблялись. Очень трудно вообще найти биографа, который оставил бы в стороне романы объекта своего исследования - правда, до некоторых пор это правило ограничивалось гетеросексуальной разновидностью :)
что за срам оглашать наш город таким позорным именем? :-D Грамотно человек псевдоним выбрал - даже на скачках не победишь без пощечины общественному вкусу :)

URL
2013-01-06 в 15:39 

tes3m
в такой же степени по документальным источникам, а не на основании "деконструкции". Кон тут, мне кажется, под "деконструировать" имел в виду просто "переделать" — написать заново на основании источников — тех, которые наконец-то стали доступны (ну вот, как дневники и признания, которые по завещанию лежали в сейфе — как в случае с Саймондсом и с К.Р.), и тех, которые просто перестали игнорировать.
правда, до некоторых пор это правило ограничивалось гетеросексуальной разновидностью Вот в том-то и дело!))))

2013-01-06 в 15:45 

FleetinG_
Как весело кататься на санках, которые мчатся впереди тебя! (с)
И хорошо, что перестало :)
написать заново на основании источников А, ну надеюсь :) Нет, я против перетолкования имеющихся источников тоже не возражаю, но обычно страшновато, не заведет ли это в дебри полной гипотетичности...

URL
2013-01-06 в 16:03 

tes3m
я против перетолкования имеющихся источников тоже не возражаю, но обычно страшновато, не заведет ли это в дебри полной гипотетичности. Если источник дает основания для неуверенности, мы и так уже перед лицом гипотетичности, хуже не будет. Гораздо хуже, когда предлагается одна версия, причем ложная. А когда речь идет о гомосексуальности, так обычно и было (и есть — в некоторых случаях).

2013-01-06 в 16:08 

tes3m
Вообще тут (когда речь идет о гомосексуальности) почти всегда проблема не в истолковании и перетолковании источников, а в том, что на источники и не ссылались, их просто обходили, а потом начали о них писать.

2013-01-14 в 18:16 

FleetinG_
Как весело кататься на санках, которые мчатся впереди тебя! (с)
что на источники и не ссылались Вот это точно :yes:

URL
   

Захламленная комната

главная